Fors Fortuna
19 Январь 2018, 16:11:19 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Птицы Алтая
Новости:
 
  Начало Помощь Поиск Календарь Галерея Войти Регистрация  
Страниц: [1]   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Пиндар древнегреческий поэт-лирик  (Прочитано 6492 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Гаргантюа Автор темы
Пользователь
**

Карма: 6
Offline Offline

Сообщений: 83



« : 12 Октябрь 2009, 16:04:28 »


Пиндар
Великий древнегреческий поэт-лирик. Родился близ Фив около 518 года до н.э. умер на Сицилии около 442 года. Непревзойденный автор торжественных хоровых песнопений, культовых гимнов  и эпикиний (похвальных пений в честь победителей на спортивных состязаниях).
Родился он в день Пифийского праздника, как сам Пиндар писал: "Пятилетний праздник, бычий скотогон, когда в первый раз я уснул, запеленутый любимец..." Имя поэта окружено множеством легенд. Рассказывали, что когда Пиндар охотился на горе Геликон и от усталости уснул, а пока он спал, к губам его прилетели пчелы и сделали во рту его соты. По другим рассказам, это сон его был таков, будто рот его полон воска и меда, потому-то он обратился к стихосложению.
Учился Пиндар в Афинах у Аполлодора, и когда последний отправился с хором на гастроли, то доверил подростку Пиндару свое училище, и, как говорили, тот так хорошо управился, что сделался ближайшим помощником учителя. Учась в Афинах, Пиндар как-то назвал этот город "оплотом Эллады", за что родные Фивы наложили на него крупный штраф, выплаченный афинянами.
Еще рассказывали: "Был он не только поэт, дивно одаренный, но и человек, любезный богам. Так, бога Пана видели между Кифероном и Геликоном, певшего пиндаров пеан, и за это Пиндар сложил названному богу песню с благодарением за такую честь; начало же песни - "О Пан, блюдущий Аркадию, хранитель святых оград..." Равным образом и Деметра, явившись в сновидении, упрекнула его, что из всех богов он ей одной не воспел славу; и он сложил ей песню, начало которой такое: "Державная утвердительница уставов...""
Кроме песен Пиндару приписывали и некоторые популярные афоризмы, приведу лишь некоторые:  когда поэта спросили, что острее пилы, он ответил - "клевета". Когда его спросили, почему он не выдает дочь за человека благополучного, он ответил: "надобен муж, который не только благополучен, но и впредь будет благополучен." Когда же его спросили, почему он песни пишет, петь не умеет, он ответил "ведь и корабельных дел мастера умеют кормило сделать, а не умеют им править".
Еще одна легенда - предсмертная. Рассказывали, что когда паломники с Сицилии отправились в Египет на поклонению бараноподобному богу Аммону, Пиндар с ними испросил себе у египетского бога того, "что лучше всего для человека" и в тот же год скончался. На смерть его была написана такая эпиграмма:
"Пиндара дочь Протомаха и умная с ней Евметида
По опочившем отце громкий воздвигнули плач
В пору, когда из аргивской земли принесли к ним останки
Отчие, в урну собрав на чужедальном костре."
Поэзия Пиндара отличается сложностью строфической структуры, торжественной величавость языка прихотливостью ассоциаций (такая стилистика во времена классицизма называлась "пиндаровым парением"). Пиндар - самый греческий из греческих поэтов. Именно поэтому европейский читатель всегда чувствовал его столь далеким. Никогда он не был таким живым собеседников новоевропейской культуры  наподобие Гомера. У Пиндара пытались учиться создатели патетической лирики барокко и предромантизма, но уроки эти ограничились заимствованием внешних приемов. В Х!Х веке Пиндар всецело отошел в ведение узких специалистов из классических филологов и по существу остается в этом положении до наших дней. Начиная с начала ХХ, когда Европа вновь открыла для себя красоту греческой архаики, Пиндара стали понимать лучше, но широко читаемым автором он так и не стал.
Может быть, одна из неосознанных причин такого отношения - естественное недоумение современного человека при первой встрече с основным жанром поэзии Пиндара, с эпикиниями (песнями в честь спортсменов): почему такой громоздкий фейерверк  высоких образов и мыслей пускается в ход  по такой случайной причине, как победа такого-то жокея или боксера на спортивных состязаниях? Вольтер писал: "Восстань из гроба, божественный Пиндар, ты, прославивший в былые дни лошадей достойнейших мещан из Коринфа или из Мегары, ты, обладавший несравненным даром без конца говорить, ничего не сказав, ты, умевший отмерять стихи, не понятные никому, но подлежащие неукоснительному восторгу..." Авторы современных учебников греческой литературы из уважения к предмету стараются не цитировать этих строк, однако часто кажется, что они разделяют недоумение Вольтера.
Причина этого недоумения заключена в том, что греческие состязательные игры обычно представляются человеком наших дней не совсем правильно. В обширной литературе о них (особенно в популярной) часто упускается из виду самая главная их функция  и сущность. В них подчеркивают сходство с теперешними спортивными состязаниями; а гораздо важнее было бы подчеркнуть их сходство с такими явлениями, как выборы по жребию должностных лиц в греческих демократических государствах, как суд божий в средневековых обычаях, как судебный поединок или дуэль. Греческие состязания должны были выявить не того, кто лучше всех в данном спортивном искусстве, а того, кто лучше всех вообще - того, кто осенен божественной милостью. Спортивная победа - лишь одно из возможных проявлений этой божественной милости. Спортивные состязания - лишь испытание, проверка обладания этой божественной милостью. Именно поэтому Пиндар всегда прославляет не победу, а победителя. Для описания доблести своего героя, его рода и города он не жалеет слов, а описание спортивной борьбы, доставившей ему победу, обычно не уделяется ни малейшего внимания.
Фантастический почет, который воздавался в Греции олимпийским, пифийским и прочим победителям, стремление городов и партий в любой борьбе иметь их на своей стороне, - все это объяснялось именно тем, что в них чтили не искусных спортсменов, а любимцев богов. Спортивное мастерство оставалось личным достоянием атлета, но милость богов распространялось по смежности на его родичей и сограждан. Божественный, культовый ореол, кроме того, окружал и внешний облик спортсмена. Будучи стройными и мускулистыми, греческие атлеты и обликом своим внешне подтверждали следы благодати на себе. Напомню в этой связи анекдот о Фрине, натурщице Праксителя и Апеллеса. Обиженный ею, некто Евфимия, обвинил Фрину в безбожии. Защищать ее взялся известный оратор того времени Гиперид. Блестящей речью ему удалось отвести большинство пунктов обвинения, но, почувствовав, что недобирает, что суд колеблется, Гиперид раздел Фрину и показал судьям. Последний аргумент был неотразим, поскольку красота тела отождествлялась греками с душевной красотой и считалась видимым знаком особого благоволения богов.
История умалчивает об отношении Пиндара к жене и к женщинам вообще, но об одном конфликте с женщиной сохранилась любопытная легенда, правда, сообщающая о конфликте с женщиной на чисто профессиональной почве. Речь идет о поэтессе по имени Коринна. Рассказывали, что Пиндар встретил ее в родных Фивах после того как, научившись стихотворному искусству и  получив достаточное образование в Афинах, он вернулся домой двадцатилетним юношей, чтобы всецело отдаться поэтическому творчеству. Первоначально отношения между поэтом и Коринной сложились самые дружеские. Поэтесса даже играла роль наставницы по отношению к Пиндару и часто, черпая из мифов темы для вдохновения, упрекала поэта за то, что он с безразличием относится к этому неиссякаемому источнику возвышенных дум и поэтического вдохновения. Пиндар послушался и написал гимн, в котором привел все известное ему из области мифологии. Коринна рассмеялась, когда ее ученик и приятель поднес свое стихотворение, и воскликнула: «Надо сеять горстью, а не целым мешком!» Очень может быть, что Пиндар послушался. Об этом история умалчивает, точно так же как она умалчивает о дальнейших отношениях между поэтом и его наставницей-подругой. Можно только догадываться, что закончились они далеко не благополучно. По крайней мере, имеются сведения, что между Пиндаром и Коринной случались постоянные ссоры. Так известно, что она порицала Пиндара за использование форм других греческих диалектов и нежелание писать на чистом фиванском языке. Так как фиванцам было, конечно, приятнее слышать произведения на родном диалекте, то на поэтических состязаниях пальма первенства обычно отдавалась Коринне. Пять раз она одерживала победу. Пиндар злился, негодовал, приписывал успехи не ее таланту, а красоте, и в конце концов назвал ее "свиньей". И хотя по тем временам это слово не было ругательным, к комплиментом его тоже не отнесешь.
Записан
Страниц: [1]   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  


Карта сайта: стр.1,2,3,4,5,6,7,8,9,10,11,12,13; Таблички; Спасибо; Прочее; Прикол; Авто



Powered by SMF 1.1.20 | SMF © 2006, Simple Machines
TinyPortal v0.9.8 © Bloc
Страница сгенерирована за 0.115 секунд. Запросов: 28.